Владелец клиник «Мать и дитя» Марк Курцер — Forbes: «Заинтересованность инвесторов на российском рынке заметно выше»

<br />
                   Владелец клиник «Мать и дитя» Марк Курцер — Forbes: «Заинтересованность инвесторов на российском рынке заметно выше»<br />

Марк Курцер Фото Андрея Ковалева для Forbes Сеть клиник «Мать и дитя» провела листинг на московской бирже. Объем торгов расписками сразу значительно вырос. Forbes поговорил с основным акционером компании Марком Курцером (в 2018 году входил в список Forbes с оценкой состояния $550 млн) о листинге и о том, как медицинская компания переживает пандемию 0 shares

9 ноября компания «Мать и дитя» (тикер MDMG), торговавшаяся до этого только на Лондонской фондовой бирже, провела вторичный листинг на Московской бирже. Как сообщает маркетмейкер «Ренессанс капитал», в первый день общий объем торгов расписками MD Medical Group составил 105 000 (включая торги в Лондоне), что в разы превысило средние значения торгов за последние шесть месяцев. При этом из общего объема около 77% прошли на Московской бирже. Цена за GDR компании по результатам первого дня в Москве выросла на 5% относительно цены закрытия в Лондоне. На третий день торгов доля сделок в Москве составила уже 80% от общего числа. «Это показало значительный интерес и поддержку российских инвесторов», — отметил маркетмейкер.

Как главный акушер Москвы создал миллиардный бизнес на родах

— Ваша компания вышла на Московскую биржу, хотя с 2012 года «Мать и дитя» (тикер MDMG) торгуется на Лондонской фондовой бирже. Какова основная цель вторичного листинга расписок компании, теперь в Москве?

— [Мы хотим] увеличить объемы торгов, поскольку заинтересованность инвесторов на российском рынке заметно выше, чем на лондонском. Российские инвесторы хорошо знают нашу компанию. Я думаю, что это оживит торговлю. Мы хотим повысить ликвидность.

— Прихода каких инвесторов вы ожидаете больше: корпоративных или физических лиц?

— И тех, и других. И физических, и корпоративных.

— Объем торгов первых дней стал рекордным, причем за счет именно Московской биржи. Вы следили за торгами?

— Так, чтобы в режиме онлайн — нет. Мне обычно докладывают суммарно, за месяц. Каждый день я не отслеживаю.

— У ваших акций на Лондонской бирже в этом году были неплохие показатели, особенно учитывая, что случилась пандемия. С февраля был спад цены, он пришелся как раз на начало COVID-19 в России...

— Я думаю, тогда это было вызвано макроэкономическими факторами и к нашим показателям отношения не имело.

— Когда вы в 2012 году вышли на Лондонскую биржу, был очень резкий рост стоимости ваших ценных бумаг? Вы выходили с $12,3 за расписку, а буквально через два месяца было $17,5, потом был сильный спад с подъемом в 2017 году, и потом опять спад до $3,54 в начале нынешнего года, а вчера MDMG закрылась в Лондоне на уровне $6,20 (477,9 рубля), а в Москве выше  478,45 рубля за бумагу. На ваш взгляд, вы можете снова добиться тех результатов, которых вы достигли сразу после выхода на биржу?

— Я уверен в этом. Надо помнить, что тогда, в 2012 году, у нас был мультипликатор 15. А на американских и европейских мультипликатор у медицинских компаний был существенно выше.

— Это страновой коэффициент.

— Да. И сейчас у нас мультипликатор меньше, порядка семи. Он очень низкий и никак не отражает потенциал роста компании. Мы только что открыли госпиталь «Лапино-2», провели реновацию медицинского центра на Севастопольском проспекте, построили новый госпиталь в Тюмени. Конечно, мы вернемся [к высоким показателям]. Все наши обязательства, которые мы давали перед IPO, выполняются, наши темпы роста всем понятны, это продолжается из года в год. И, кстати, мы каждый год, как и обещали, проводим выплату дивидендов, и дивидендная политика у нас не меняется.

— По-моему, вы направляете на дивиденды больше 25% чистой прибыли.

— Несколько лет подряд порядка 30%, но сейчас даже больше.

Марк Курцер: «Медицина — очень тяжелый и очень сложный бизнес»

— У вас долгое время рост бизнеса был за счет регионов...

— У нас была направленность на региональную политику, и она сохраняется, но вместе с тем мы недавно сдали новое здание в Лапино. 

— Госпиталь «Лапино-2»…

— И собираемся строить «Лапино-3». Мы сейчас много работаем в Москве и Московской области, но и в регионах тоже.

— Как я понимаю, вы по большей части строите собственные больницы, а не скупаете. Почему?

— Потому что такого качества и такого класса больниц, как наши, просто нет.

— Интересно, как пандемия повлияла на работу компании и ее показатели? Вы же сделали один ваш корпус полностью ковидным...

— Это было весной. Мы тогда полностью закрыли «Лапино». Сейчас, так как у нас есть два корпуса на территории, мы закрыли под COVID-19 новый — «Лапино-2».

— «Лапино-2» — это многофункциональный комплекс, в котором размещены и онкология, и хирургия, и терапия. Пришлось ли вам проводить какую-то доквалификацию ваших медицинских работников, чтобы они могли работать в «красных зонах»? Ведь ваши врачи в основном не эпидемиологи, не вирусологи. 

— Эпидемиологи и вирусологи там не нужны. Нужны терапевты, инфекционисты и реаниматологи. Они как работали у нас, так и работают. Только сейчас с больными с COVID.

— Но ведь у вас в основном пациентки с проблемами, связанными с гинекологией…

— Нет-нет, во-первых, это давно уже не так, и во-вторых — по COVID мы работаем для всех.

— И весной тоже работали для всех?

— Да, для всех. Беременных было относительно немного.

— А для беременных COVID означает дополнительные сложности по сравнению с другими пациентами?

— У них такие же проблемы, как у всех. Но у большинства беременных — у 90% — болезнь протекает в легкой форме. Но у части пациентов она может вызвать и серьезную пневмонию.

— А как сказывается заболевание матери на ребенке?

— Не сказывается, нет никакого побочного воздействия. Мы такого не наблюдали.

— То есть ребенок рождается здоровым?

— Да, все рожденные у нас от матерей с коронавирусом дети (порядка 40) появились на свет здоровыми. И мы их сразу уносим в отдельное чистое помещение.

— Я правильно понимаю, что после выздоровления матери никаких дополнительных карантинных ограничений нет? 

— Да, да, все как обычно.

Деньги из пробирки. Почему участник списка Forbes увлекся ЭКО-технологиями

— По вашим операционным показателям, у вас идет постоянный рост. По 2019 году по выручке было +8%, и она достигла более 16 млрд рублей. Вы по нынешнему году уже можете дать прогноз?

— Нам [как публичной компании] не рекомендуется давать прогнозы. У нас есть неаудированная отчетность за 9 месяцев. Выручка выросла на 7% по сравнению с тем же периодом прошлого года (до 12,7 млрд рублей. — Forbes). Мы устойчивая компания, пережили кризис, не увольняя людей, и всем выплачивали зарплату, платим ковидные доплаты. Все президентские доплаты наши врачи получили.

О компании: Первый частный роддом акушер-гинеколог Марк Курцер открыл в 2006 году. Через шесть лет, когда в состав группы входили восемь клиник и один госпиталь, «Мать и дитя» провела IPO в Лондоне. Сегодня в состав компании входят шесть многопрофильных госпиталей и 34 амбулаторные клиники, в которых в 2019 году было принято 7446 родов, проведено более 18 000 циклов ЭКО. Количество посетителей центров сети достигло 1,75 млн. Рыночная стоимость компании на 11 ноября составила $454,6 млн. В сентябре 2020 года клиника открыла хирургический корпус «Лапино-2», на 70% работающий по системе ОМС. В нем работают многопрофильный онкологический центр полного цикла для лечения и профилактики онкологических заболеваний, кабинеты интенсивной терапии на 13 коек и многое другое, что сделало «Мать и дитя» не только клиникой акушерства и гинекологии. В I полугодии 2020 года выручка MDMG увеличилась на 2% по отношению к аналогичному периоду 2019 года и составила 7,97 млрд рублей, EBITDA — на 6%, до 2,27 млрд рублей. Рентабельность по EBITDA в отчетном периоде составила 28,5% против 27,5% годом ранее. 

Дополнительные материалы

20 крупнейших медицинских компаний России. Рейтинг Forbes

Источник: forbes.ru



Добавить комментарий